Технические штучки

Если бы в природе ничего не повторялось и происходило всякий раз по-иному, ни человек, ни животные не могли бы приспособиться к окружающим условиям, стала бы невозможна целесообразная деятельность, научное познание, да и сама жизнь.

Очень ярко эту парадоксальную ситуацию изображает знаменитый французский математик Анри Пуанкаре (1854—1912) в книге «Наука и метод». «Представьте себе,- пишет Пуанкаре,- что существовало бы не 60 химических элементов а 60 миллиардов и что между ними но было бы обыкновенных и редких, а что все были бы распределены равномерно. В таком случае всякий раз, как нам случалось бы подбирать на земле булыжник, была бы большая вероятность, что он состоит из новых, нам неизвестных элементов. Все, что мы знали бы о других камнях, могло бы быть совершенно неприменимо к нему. Перед каждым новым предметом мы стояли бы как новорожденный младенец; как и последний, мы могли бы подчиняться только своим капризам... В таком мире не было бы науки; быть может мысль и сама жизнь в нем были бы невозможны, ибо эволюция не могла бы развить инстинкт сохранения рода...»

Приводя данный пример, Пуанкаре имел в виду повторяемость вещей, однако буквально то же можно сказать и о повторяемости существенных связей, законов.

В самом деле, представим себе, например, что вода при нормальном атмосферном давлении один раз будет закипать при температуре в 100 °С, другой раз — при 50 °С, а в третий — при 30 °С или какой-либо иной температуре; или предположим, что свинцовая гиря в одном случае будет падать вниз, в другом (при тех же начальных условиях) — лететь вверх, а в третий раз вообще останется в воздухе во взвешенном состоянии и т. д. Ясно, что никаких ориентиров ни для познания, ни для практики человек тогда не получит, ибо он не сможет заранее знать характер поведения вещей и планомерно организовать свою собственную деятельность.

Приходится согласиться со справедливой мыслью Пуанкаре, что в таком хаотическом мире была бы невозможна биологическая эволюция и, следовательно, вообще жизнь, не говоря уже о человеческом обществе, о науке, о целесообразной деятельности людей.